"Ритм Евразии": Кыргызский плюс или евразийский минус?

1005 просмотров СМИ о ЦА 0

Ритм Евразии. – Уважаемый Олег Михайлович, эксперты и аналитики пока делают неутешительные выводы о том, как страна провела полтора года в ЕАЭС. Как вы оцениваете темпы интеграции КР в ЕАЭС?

– На самом деле, я много раз уже говорил, что процесс вступления Кыргызстана в ЕАЭС сопровождался очень политизированными дискуссиями между противниками вступления, в том числе ангажированными противниками, с одной стороны, и сторонниками проекта - с другой. И если первыми высказывалось много необъективного негатива, то сторонники членства в ЕАЭС, в частности то же правительство, наоборот, чрезмерно идеализировало картинку присоединения к союзу, что в итоге привело к несколько завышенным ожиданиям, как я вижу не только у граждан, но и у экспертного сообщества. Вступление в ЕАЭС для многих сейчас представляется некой панацеей от всех бед, которые у нас копились последние двадцать пять лет в экономике, мол, присоединение к проекту одномоментно приведет нас к наступлению «коммунизма».

На самом деле те люди, которые были вовлечены в процесс подготовки к вступлению Кыргызстана в Евразийский экономический союз, всегда реально понимали, какие последствия нас ожидают, и радужных перспектив они никогда не рисовали. В действительности речь шла больше о купировании угроз, которые стояли перед нашей экономикой в связи с возникновением Евразийского экономического союза и в связи с невозможностью функционирования того формата экономики, который у нас был. Т.е. нам необходимо было безболезненно трансформировать свою экономику и перестроиться с реэкспорта товаров из других стран на поэтапный переход к производственной модели, но это невозможно сделать одномоментно. Задача заключалась в том, чтобы постепенно снижать реэкспортные потоки уже в рамках тех правил игры, которые существуют в ЕАЭС, и постепенно наращивать производственный потенциал, при этом, естественно, не потерять те ниши, которые мы имели на рынках стран ЕАЭС на протяжении предыдущих лет. Фактически все это было реализовано.

Был построен грамотный экономический прогноз, сделанный на основании экспертных исследований, который давал три сценария присоединения – пессимистичный, реальный и оптимистичный, а также сценарий невступления. Последний из них говорил, что в 2016 г. мы получим экономический рост 0,1%, пессимистичный прогноз – что-то около 1,5%, наиболее реальный прогнозировал 2,5% и оптимистичный – 3,7%. По факту мы получили 3,8%, т.е. если взять агрегированный показатель экономики, в том числе под влиянием ЕАЭС, то мы увидим, что идет реализация оптимистичного сценария, поэтому говорить о неуспешности вступления, наверное, не совсем правильно.

Но есть определенные аспекты и проблемы, которые носят локальный характер и требуют решения. В том числе это и ограниченность свободы обращения товаров, которые подпадают под ветеринарный контроль. Но я хочу отметить, что это лишь незначительная часть того экспорта, который мы отправляем в страны ЕАЭС, т.е. вся промышленность работает без проблем, шерстеводство работает без проблем и только в области ветеринарии, в области животноводства у нас есть дополнительные барьеры. Это не значит, что у нас нет выхода на рынок, выход есть, и он остается подконтрольным тем процедурам, которые применяются к третьим странам. Вот это, естественно, напрягает, что такая ситуация существует.

А существует она по двум причинам. С одной стороны, это последствия недоработок последних двадцати лет со стороны нашего правительства, когда мало внимания уделялось ветеринарной службе. С другой стороны, есть, конечно, определенные позиции у наших партнеров по ЕАЭС, когда они пытаются злоупотреблять – так я выражусь, не побоюсь этого слова – своим участием в проекте на более ранних стадиях, когда нас там еще не было. Еще тогда был выработан регламент вступления стран в ЕАЭС, и заложен механизм, позволяющий ограничивать действия вновь вступивших стран по договору ЕАЭС.

По этим двум аспектам мы сейчас и работаем с нашими партнерами по ЕАЭС, как внутри политического пространства, внутри экономического пространства по созданию инфраструктуры качественно новой области ветеринарной безопасности, по формированию самой службы, так и на внешнеполитическом и внешнеэкономическом поле, работаем, чтобы эти проблемы снять.

В 2017 г. Олег Панкратов выполняет еще и обязанности председателя Совета Евразийской экономической комиссии (с главой делегации КР премьер-министром Сооронбаем Жээнбековым на заседании Евразийского межправительственного совета 16 ноября 2016 г. в Москве)

– Кыргызстану еще нужны средства, чтобы построить лаборатории, пункты пропуска, то есть на техническое оснащение, согласно требованием ЕАЭС, и если – да, то сколько нужно? И где их взять?

– Когда говорят, что количество лабораторий – это решение проблемы, это очень дилетантский подход. Я прошу прощения, я сейчас не имею в виду вас конкретно, эти вопросы звучат с разных трибун, в том числе и с трибуны Жогорку Кенеша. На самом деле наличие лабораторий – это не показатель наличия действующей системы ветеринарной безопасности в животноводстве и в продукции этой отрасли. В большей степени, если брать чисто техническую сторону, лаборатории нужны, чтобы контролировать входящий поток, если мы будем завозить из Китая какую-то продукцию, товары, подконтрольные ветеринарной службе, это они будут проходить через эти самые лаборатории.

Что касается экспорта, то последний аудит показал, что в совокупности у нас в стране уже достаточно испытательных лабораторий, которые способны обеспечивать необходимые условия. На самом деле не количество лабораторий является ограничивающим фактором. Речь идет о том, что нужно достичь эпизоотического благополучия, эпизоотической стабильности. Как только она будет у нас зафиксирована, закреплена и признана, вопросов не будет с экспортом продукции не только в страны ЕАЭС, но и в другие страны, где этот вопрос стоит на повестке дня. А это связано с идентификацией животных, с вакцинацией животных, с зонированием территорий и т.д.

Мы уже два года не имеем вспышек опасных заболеваний животных, в первую очередь, речь идет о ящуре. Т.е. мы получили статус страны, «свободной от ящура с вакцинацией». Этого уже достаточно, чтобы выйти на рынки ЕАЭС. Россия, Белоруссия, Армения это признали, Евразийская комиссия это признала, вопрос остается только у Казахстана. На будущее мы планируем выйти на более высокий уровень и получить статус страны, «свободной от ящура без вакцинации». Так что слово «лаборатория» – здесь абсолютно неключевое.

– Как вы оцениваете отношения Кыргызстана в ЕАЭС с Россией и Казахстаном? Есть нерешенные проблемы и как их решать? На каком уровне это делается? Между министрами, правительствами, президентами?

– Между Россией и Кыргызстаном продолжается активный конструктивный диалог, который способствует решению многих важных аспектов. Важно, что происходят контакты на всех уровнях: между президентами, между правительствами, между депутатами, между экспертами и бизнесом. Вступление Кыргызстана в ЕАЭС способствует этим отношениям. И, говоря об экономической интеграции, нельзя не сказать о том, что в 2016 г. товарооборот Кыргызстана с Россией превысил 1 млрд. долларов, что составляет пятую часть всего товарооборота нашей страны, а если не учитывать экспорт золота, то этот товарооборот составляет 40%. В прошлом году подписано соглашение о беспошлинных поставках готовых нефтепродуктов и углеводородного сырья из России в Кыргызстан, что даст дополнительный импульс развитию нашей экономики, следовательно, поможет создать дополнительные рабочие места и снизить уровень миграции. Россия вообще оказывает поддержку Кыргызстану для более безболезненной адаптации к новым экономическим реалиям.

С Казахстаном не все так гладко. Остается открытым вопрос по поставкам животноводческой продукции, но при этом Казахстан готов помочь нам в его решении. В частности, соседи готовы выделить нам финансовую помощь для оборудования дополнительных ветеринарных лабораторий.

– Как могут повлиять политические события в стране, то есть предстоящие осенью президентские выборы, на сотрудничество в рамках ЕАЭС? Критики говорят, что всем некогда заниматься экономикой, пока не решится главный политический вопрос – кто станет президентом и кто – премьером?

– Кандидаты в президенты будут строить свою предвыборную кампанию и свои дальнейшие действия на принципах, которые обеспечат им электоральную поддержку. Что сегодня является таким основополагающим принципом? Как показывают опросы и социологические исследования, подавляющая часть населения, несмотря на дискуссии, которые были и есть до сих пор, является сторонниками интеграции. Любой человек, который разбирается в вопросах экономики, понимает, что наше географическое положение, наши исторические связи на данном этапе развития фактически безальтернативно ставят нас в условия, когда главным рынком сбыта для нас является евразийский рынок, а главным генератором экономического развития – евразийская интеграция. Люди также понимают, что политика в этой сфере хотя бы в среднесрочной перспективе должна быть направлена на то, чтобы эта интеграция давала реальные результаты. Соответственно, они отдадут свои голоса за того кандидата, который сможет это все обеспечить.

И судя по тому, какие мы слышим публичные выступления кандидатов в президенты, которые уже заявили о себе, можно сделать вывод, что участники предвыборной гонки это хорошо осознают и именно этот аспект они определяют как приоритетный в своих предвыборных программах.

– Что даст Кыргызстану председательствование в ЕАЭС в этом году? Чего мы ожидаем от этого события?

– Здесь не стоит завышать ожидания. Председательство в ЕАЭС – это чисто техническая процедура, которая ставит перед нами больше задач, чем возможностей. Мы, как председательствующая сторона, должны будем обеспечить и сделать все возможное, чтобы это объединение функционировало в рамках правил, заложенных в правовой базе. Наша задача – обеспечить функционирование всех органов управления в рамках существующих регламентов и с учетом соблюдения интересов всех участников ЕАЭС. Поэтому говорить, что мы получим от этого какие-то преимущества, не совсем правильно.

Комментарии

Оставить комментарий